Немного Уитменианы

Автор: Ян Пробштейн

уитмен
Готовясь к занятиям по Уитмену, решил заглянуть в перевод, что делаю редко. Насколько буквальны, прозаичны переводы К. Чуковского из Уитмена — подстрочники, начиная даже с заголовков, например, «When Lilacs Last in the Dooryard Bloom’d” переведено: «Когда во дворе перед домом цвела этой весною сирень» — ни аллитерации, ни ритма; понятно, что цветет сирень весной; далее: в садике перед домом, на пороге, в отличие от “backyard”, за домом, собственно во дворе, но это — дословный перевод; ну хотя бы что-то вроде: «Когда сирень в последний раз цвела» (не уверен, что нужно добавлять «на пороге»; можно и «перед окном») — это рефрен элегии. Далее:

“for well, dear brother I know,
If thou wast not granted to sing thou would’st surely die” — взято Уитменом из Псалма Квакеров (его мать была очень верующей, и псалмы эти Уитмен знал с раннего детства; кстати, в литературоведении мне встречалось, что Уитмен идет от протестантской проповеди — это все равно что староверов спутать с баптистами; стало быть, нет «милого брата», а все остальное вновь буквализм:

«Ибо хорошо, милый брат, я знаю,
Что если бы тебе не дано было петь, ты, наверное, умер бы».

Ну хотя бы так:
«Ибо мне ведомо, брат дорогой,
Коль не был дан тебе песенный дар, ты бы без сомнения умер».

***

От ред. Статья в википедии, посвященная этой поэме.
На иллюстрации, как вы понимаете, изображена другая, но уж больно хороша.

 

Ян Пробштейн:

Кстати, в Википедии (англ.) — тоже масса неточностей: во-первых, в отличие от английской и европейской пасторальной элегии, американская элегия (Уитмен, Дикинсон), согласно статье Дэвида Бейкера «Элегия и Эрос» («Elegy and Eros: Configuring Grief,» by David Baker (The Virginia Quarterly Review. vol. 81, issue 2 (Spring 2005): 207–220.), — динамична, все время в движении, с востока на запад и в небо, даже в космос, ну а ЭД, понятное дело, в вечность; далее, у Уитмена — начинается с плача, затем песнь, псалм, гимн, а заканчивается серенадой — такого тоже нет в европейской элегии. Следует также отметить еще одно отличие: традиционный соловей заменен на дрозда-отшельника.

Элиот, кстати, не любил, мягко говоря, Уитмена, находя его многословным и зацикленным на себе, а Паунд впоследствии воздал Уитмену должное:

ДОГОВОР

Я заключаю с тобой договор, Уолт Уитмен –

Слишком долго я тебя отвергал.

Я пришел к тебе как повзрослевший сын

Упрямого, тупорылого отца;

Я достаточно возмужал, чтобы заводить друзей.

Ты насадил новый лес,

Настало время придать ему форму,

Мы одного корня, впитали соки одни –

Давай договор заключим.

(Перевод Яна Пробштейна)

 

МИРНЫЙ ДОГОВОР

Я заключаю мир с тобой, Уолт Уитмен,

Я тебя ненавидел достаточно долго,

Я к тебе прихожу, как взрослый сын

К упрямому и крутому отцу;

Я возмужал и ценю друзей;

Это ты прорубал девственный лес,

А теперь время искусной резьбы.

Мы с тобой одного черенка и корня —

Пусть будет мир между нами.

(перевод М. Зенкевича)

 

 

 

 

Поделиться с человечеством

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.